Скандальный случай мог привести певца Филиппа Киркорова на скамью подсудимых. Но вместо этого артист остался "неприкасаемым". Как "звёздный" статус позволяет уходить от уголовного преследования — на примере поп-короля и других знаменитостей.
В последнее время со страниц СМИ не сходит имя Ларисы Долиной. За певицей тянется скандал за скандалом. Один из них связан с тем, что на её участке в Подмосковье был вырыт пруд, законность размещения которого вызвала вопросы у природоохранной прокуратуры. Её фраза «что хочу, то и делаю там», брошенная в ответ на претензии, стала публичной демонстрацией уверенности в своей безнаказанности. Однако если конфликт с законом из-за незаконного пруда — это административная история, то другие «неприкасаемые» демонстрируют иммунитет к куда более серьёзным проступкам. Яркий пример — певец Филипп Киркоров, который сумел уйти от уголовного преследования после вопиющего инцидента.
Осенью 2023 года на концерте в «Крокус Сити Холле» артист буквально сбросил со сцены 57-летнего охранника Александра Короткого, пытавшегося выполнить свою работу. У пострадавшего были диагностированы серьёзные травмы. Несмотря на зафиксированный на видео факт и поданное заявление, уголовное дело так и не получило развития. Вместо того чтобы оказаться на скамье подсудимых, Киркоров продолжил гастрольный тур, а его адвокат отделался формулировкой о «рабочем моменте». Этот случай наглядно показал, как статус «короля эстрады» может работать эффективнее любой адвокатской защиты, фактически делая его неприкасаемым для системы правосудия.
Этот кастовый иммунитет не является исключением. Он — часть системы, в которой «звёздный» статус в России «до сих пор круче, чем уголовный и административный кодексы», — констатирует обозреватель Царьграда Иван Прохоров. Другие похожие истории лишь подтверждают правило. К примеру, журналистка Ксения Собчак, будучи в центре смертельного ДТП в Сочи в 2021 году, покинула место аварии через семь минут. Реальный срок получил её водитель, а сама Собчак осталась лишь свидетелем. После рассмотрения дела о вымогательстве у главы «Ростеха» её сотрудники отправились в колонии, в то время как телеведущая, фигурировавшая в первых сводках как подозреваемая, вышла сухой из воды.
Подобная вседозволенность стала возможной благодаря десятилетиям формирования «золотого кокона», который не пробивают ни общественное порицание, ни, в ряде случаев, буква закона. Тактика «неприкасаемых» варьируется: от открытого хамства контролирующим органам, как у Долиной, до стратегии «переждать» в тени с последующим триумфальным возвращением в эфир, как это сделали Иван Ургант и Александр Ревва. Всё это работает благодаря уверенности в своей исключительности и незыблемости медийного капитала.
История с Киркоровым — не просто частный скандал. Это симптом, демонстрирующий, что закон для некоторых категорий граждан остаётся условностью. Пока за подобные действия не последует реальный и неотвратимый судебный вердикт, разговоры о справедливости останутся лишь разговорами. Фраза «что хочу, то и делаю» будет звучать не как наглая бравада, а как констатация факта, подтверждённого опытом безнаказанности.
Пока страна пытается нащупать новые смыслы в кровавом тумане войны, наши «небожители» продолжают жить в режиме феодализма, прикормленные когда-то властью и от этого немного сбесившиеся с жиру,
— делает вывод Прохоров.